«Мы лечим, а не наказываем». Врач из Богниц рассказал, почему пациентам психиатрической больницы разрешают выходить
После недавнего случая, когда пациент Психиатрической больницы Богнице, страдающий тяжёлым психическим заболеванием и ранее совершивший нападение на нескольких людей, не вернулся из отпуска к семье, жители Праги 8 всерьёз обеспокоились вопросом безопасности. Однако, как объясняет врач и заместитель научного руководителя клиники Марек Пав, цель лечебного процесса — не изоляция, а возвращение пациентов к жизни.
«Режим лечения у каждого пациента индивидуален»
«На начальном этапе терапии пациент находится в строгом режиме, без возможности выхода. Всё зависит от того, какие риски связаны с его заболеванием и по какой причине суд назначил обязательное лечение — будь то психическое расстройство, зависимость или сексуальное преступление, вызванное парафилией», — объясняет доктор Пав.
По его словам, в начале лечения пациент проходит закрытый диагностический этап, где специалисты оценивают степень опасности и разрабатывают индивидуальный план терапии.
«Мы анализируем всё — состояние здоровья, реакцию на медикаменты, отношение к лечению, способность соблюдать правила, прошлые госпитализации, социальное окружение, наличие семьи и зависимостей. Всё это помогает понять уровень риска и определить шаги лечения», — добавляет врач.
Как пациент получает разрешение на прогулки
На следующем этапе пациент постепенно включается в терапию.
Сначала он может выходить только в сад клиники под наблюдением, затем — в сопровождении персонала на другие виды терапии.
«Если пациент стабилен, соблюдает режим и сотрудничает, ему могут разрешить самостоятельно выходить на занятия в пределах территории больницы», — уточняет Пáv.
Однако не всем это доступно:
«Бывают случаи, когда человек чувствует себя хорошо, но симптомы тяжёлого психического заболевания сохраняются. В таких ситуациях выход за пределы отделения запрещён, даже если внешне пациент спокоен».
Кто принимает решение
Решение о принудительном лечении принимает суд, основываясь на медицинских заключениях. После этого ответственность за пациента несёт лечебное учреждение.
«Фактически, за каждое решение отвечает многопрофильная команда — врачи, психологи, медсёстры, терапевты, аддиктологи. Именно они совместно решают, можно ли удовлетворить письменную просьбу пациента о разрешении покинуть отделение», — объясняет доктор.
«Мы обязаны не наказывать, а лечить»
По словам Пава, общественность часто реагирует эмоционально, особенно после инцидентов, подобных последнему. Но важно понимать разницу между юридическим и бытовым пониманием слова «убийца».
«В данном случае суд признал пациента невменяемым, то есть не ответственным за свои действия. Это значит, что вместо наказания он получил обязательное лечение.
Мы живём в цивилизованном обществе, которое не карает психически больных людей, а лечит их», — подчёркивает врач.
Прогулки — часть терапии, а не поблажка
По словам Пава, многие ошибочно считают, что такие «пропуска» — редкость. На самом деле это ежемесячная практика.
«Каждый месяц мы выдаём десятки разрешений на кратковременные выходы и проводим сотни терапий вне отделений, — говорит он. — Это часть реабилитации. Пациенты должны заново учиться бытовым и социальным навыкам, прежде чем суд сможет перевести их на амбулаторное лечение. Все они находятся под постоянным наблюдением, включая проверки на наличие наркотических веществ».
Лечение и безопасность должны идти рука об руку
Доктор признаёт: баланс между безопасностью общества и уважением к правам пациента — очень тонкий.
«Мы действуем строго в рамках закона о специализированных медицинских услугах. При каждом нарушении режима — например, если пациент не возвращается из отпуска — больница немедленно уведомляет полицию и прокуратуру», — объясняет он.
«Количество пациентов под охранным лечением не растёт»
По словам Пава, количество пациентов с судебно назначенным лечением в Чехии остаётся стабильным. Но Министерство здравоохранения планирует улучшить учёт и анализ таких случаев, чтобы точнее понимать их потребности и обеспечивать безопасность.
«Охранное лечение — это не только терапия, но и ответственность за защиту общества и персонала, который с этими людьми работает», — подытожил врач.
