В брненском районе Гусовице уже двадцать лет тянется история с незаконной пристройкой к жилому дому — власти так и не решили, что с ней делать, а государству пришлось дважды выплачивать компенсации из-за волокиты чиновников. Владелице соседнего дома уже присудили 200 тысяч крон за плохую работу ведомств, и на министерство регионального развития готовится новый иск о выплате очередной суммы, поскольку дело до сих пор не закрыто.
История началась в 2006 году — тогда выборы в Палату депутатов выиграла ГДП во главе с Миреком Тополанеком, был казнён иракский диктатор Саддам Хусейн, а Италия победила Францию в финале чемпионата мира по футболу. Именно в том году владельцы дома в Гусовицах, районе Брно, обратились с заявлением о дополнительном разрешении на самовольную перестройку, чтобы задним числом узаконить пристройку. Суть спора в том, что при первоначальном согласовании были поданы одни документы, а построено — по совершенно другим.
С тех пор дело обросло почти двумя сотнями различных решений — строительного управления, магистрата Брно, краевого управления, а также краевого суда в Брно и Верховного административного суда. По жалобе владелицы соседнего дома, оказавшегося в тени незаконной постройки, в спор даже вмешалась Верховная государственная прокуратура, подав иск в защиту общественного интереса. А всё это время процесс тормозили бездействие и постоянные проволочки чиновников.
Сама история спора напоминает бесконечную карусель: строители проигрывают очередное заявление о разрешении, а когда процесс доходит до логического конца, тут же подают новое. Один эпизод особенно ярко показывает эти чиновничьи метания. Когда суд, потеряв терпение, прямо заявил, что самовольную постройку нельзя узаконить задним числом, строительное управление в 2019 году распорядилось её снести. Однако спустя три года новых разбирательств то же ведомство внезапно пришло к выводу, что постройку всё-таки можно разрешить.
В итоге и это разрешение отменили вышестоящие органы, и ситуация зашла в тупик: формально принято окончательное решение о запрете строительства, но процесс по его фактическому сносу так и не завершён — конца этому разбирательству по-прежнему не видно.