То, что начиналось как временное спасение от войны, для многих украинцев в Чехии превратилось в годы тревоги и неизвестности. Постоянное напряжение и отсутствие ясных перспектив всё чаще приводят не к паническим атакам, как в начале войны, а к эмоциональному выгоранию, тревожным расстройствам и депрессии.
От борьбы за выживание — к утрате будущего
Украинка Анастасия Сигнаевская, соосновательница инициативы «Голос Украины» в Чехии, признаётся: первые два года после бегства были посвящены базовым вещам — поиску работы, адаптации, решению бытовых вопросов.
Но затем на первый план вышел другой вопрос — как жить дальше.
По её словам, многих настигает так называемое чувство «вины выжившего»: когда ты в безопасности, с теплом, водой и электричеством, а твои близкие переживают зиму под обстрелами или воюют на фронте.
Психологические последствия нарастают
Аналитик социологической компании STEM Иржи Таборский объясняет: психические расстройства нередко проявляются спустя месяцы после травмы. Посттравматическое стрессовое расстройство может выражаться в бессоннице, раздражительности, повторном переживании травмы, тревожности и агрессии.
Рост числа обращений за специализированной помощью подтверждают данные крупнейшей чешской страховой компании VZP — количество украинских клиентов, получающих психиатрическую помощь, ежегодно увеличивается.
Дети — в тревоге, пожилые — в отчаянии
Ольга Шукалова, специалист по психологической помощи в организации Člověk v tísni, рассказывает, что всё чаще сталкивается с тяжёлыми случаями у детей.
Некоторые из них боятся за отцов, воюющих в Украине, отказываются есть и не спят — им уже требуется психиатрическая помощь.
Особенно уязвимой группой она называет пожилых людей. Те, кто в преклонном возрасте потерял дом, супруга или привычную жизнь, нередко теряют и смысл существования. Есть случаи, когда пожилые женщины, овдовевшие во время войны, не понимают, зачем продолжают жить, и чувствуют себя обузой для детей.
Эмоциональное выгорание вместо шока
Если в первые месяцы войны психологи помогали людям справляться с шоком и паническими атаками, то теперь доминирует другое состояние — хроническая усталость и эмоциональное опустошение.
Человек перестаёт чувствовать, становится апатичным, выполняет действия формально, без интереса. Это состояние близко к депрессии и часто становится её предвестником.
По оценкам специалистов, признаки эмоционального выгорания могут наблюдаться примерно у 40% украинских беженцев.
Ситуацию усугубляет неопределённость: почти каждый месяц появляются новости о возможном мирном соглашении, которые затем сменяются сообщениями о продолжении войны. Невозможность планировать — пойдут ли дети в школу в Чехии или вернутся в Украину — разрушает чувство стабильности.
Поддержки не хватает
Психологическую помощь оказывают также благотворительные структуры, включая Charita Česká republika. Однако специалисты отмечают: ресурсов недостаточно.
Многие программы финансирования завершились, и часть услуг была закрыта. Общественные организации вынуждены буквально «латать» ситуацию — перенаправлять людей в социальные службы или пытаться найти для них специалистов через систему медицинского страхования. Но и там существует острая нехватка психологов.
Эксперты подчёркивают: в других европейских странах психологическая поддержка беженцев считается ключевым элементом интеграции. В Чехии же этому направлению до сих пор уделяется недостаточно внимания.
Четвёртый год войны для украинцев за границей — это уже не только испытание на выживание, но и тяжёлый марафон внутренней борьбы. И главный вопрос сегодня звучит не «как спастись», а «как не сломаться».
.jpg)
