Популярное
В марте Чехию потрясли две трагедии: двухлетний мальчик из общежития в Драгомышли и трехлетняя девочка из спального района Праги были убиты собственными родителями. Обе семьи страдали от наркозависимости, и органы опеки прекрасно знали об этой ситуации. Эксперты бьют тревогу: чешская система социальной защиты просто не умеет адекватно оценивать, находятся ли дети в безопасности. Теперь искать системные ошибки будет специально созданная комиссия по расследованию неестественных детских смертей.
Череда системных провалов
«Смертей детей в последнее время стало слишком много. Каждый такой случай — это уже катастрофа, которая заставляет нас пересмотреть работу всей системы», — заявил новый детский омбудсмен и бывший судья по делам опеки Мартин Бенеш.
И это далеко не единичные инциденты. Год назад в Краловеградецком крае погиб пятимесячный младенец, которого до смерти затряс и избил отец. В прошлом году в Брунтальском крае скончался от истязаний трехлетний мальчик. А суд в Клатови недавно лишь условно наказал отца, который регулярно водил свою трехлетнюю дочь в притоны к наркоманам.
Чтобы понять, где именно в системе защиты детей зияет «дыра» и почему малыши остаются в опасной среде, при Министерстве труда и социальных дел (MPSV) начала работу специальная комиссия. Уполномоченная правительства по правам человека Татьяна Малая пояснила, что комиссия будет анализировать гибель детей именно с системной точки зрения. Ее задача — выяснить, какой орган недосмотрел, почему угроза не была вовремя выявлена и как можно было предотвратить трагедию.
Что такое «безопасная семья»?
Мартин Бенеш видит главную проблему в том, как органы социально-правовой защиты детей (OSPOD) оценивают обстановку в семьях. По его словам, у социальных работников просто нет четких методик и критериев.
«Мы оцениваем, безопасна ли домашняя среда для ребенка, но при этом у нас даже не прописаны базовые материальные условия. Например, для младенца: обязательно ли в семье должна быть кроватка, ванночка, электричество и проточная вода?» — отмечает омбудсмен.
Точно так же отсутствуют единые инструкции для сложных ситуаций, например, при наркозависимости родителей. Убитую в марте девочку из пражского района Прага 4 суд вернул биологическим родителям в ноябре прошлого года — и это несмотря на то, что мать страдала тяжелой депрессией, а отец лечился от зависимости и имел психиатрический диагноз.
Необходим жесткий минимум требований
Сейчас безопасность семьи обычно оценивает один рядовой сотрудник опеки. Если он видит угрозу, то предлагает изъять ребенка, а окончательный вердикт выносит суд. На практике решения разных чиновников сильно отличаются друг от друга.
Специалисты отмечают, что сейчас решения об изъятии или возврате детей в семью часто принимаются интуитивно, «на уровне чувств». Чиновники не умеют точно оценивать риски и не знают, как их минимизировать.
«Понятно, что инструменты оценки рисков не решат всех проблем, но мы должны установить хотя бы абсолютно жесткий минимум требований, ниже которого опускаться нельзя, — уверен Бенеш. — Мы балансируем между свободой семейной жизни и обязанностью защитить ребенка. Никто не хочет возвращаться в 1980-е и забирать детей у всех зависимых подряд. Но с другой стороны, как нельзя водить машину в состоянии опьянения, так нельзя в таком состоянии и воспитывать детей».
Поможет ли новый закон?
Бывшая уполномоченная по правам человека Клара Шимачкова-Лауренчикова подчеркивает, что ключевую роль в решении проблемы должно сыграть профильное министерство, внедрив правительственную программу «Безопасное детство».
Ситуацию могло бы спасти принятие нового закона о защите детей, который усилит профилактику, позволит вовремя вмешиваться в кризисные ситуации и введет строгий контроль за работой органов опеки.
По словам министра социальных дел Алеша Юхелки, комиссия по нераскрытым детским смертям уже начала работу несколько недель назад. Кроме того, министерство планирует создать новый центральный орган, который обеспечит региональных соцработников едиными правилами и методиками, однако пока этот проект находится лишь на начальной стадии.
