Анна-Мари Кржижова: как выгорание на работе превратилось в модный бренд AMK Definition

Чешка Анна-Мари Кржижова ещё пару лет назад не умела даже заправить нитку в швейную машинку. Сегодня она руководит собственным брендом AMK Definition, перешивая старые рубашки, пиджаки и галстуки в оригинальные вещи, и это дело уже полностью её кормит.

История началась не с бизнес-плана, а с профессионального выгорания. Кржижова много лет работала фотографом — снимала для брендов вроде Васки и Footshop, а затем устроилась фоторедактором в Чешское пресс-агентство (ČTK). Работа поглощала всё время: смены с восьми утра, пятнадцатичасовые выходные, отсутствие сна и общения с друзьями. «Я вдруг поняла, что не ем, плохо сплю и не вижусь с людьми. Я просто жила работой», — вспоминает она.

Истощение привело к больничному — несколько дней в постели рядом с грудой старой одежды. От скуки она решила что-нибудь перешить или разрисовать пиджак. За неделю, никогда прежде не садившись за швейную машинку, она вручную сшила своё первое пиджачное изделие. «Это была отличная терапия. Голова отключается, но при этом начинает работать совершенно иначе», — говорит предпринимательница.

После возвращения на работу Кржижова уволилась из ČTK и устроилась официанткой на полставки, чтобы освободить время для творчества. В марте 2023 года она запустила инстаграм-профиль AMK Definition. Бренд с самого начала строится на апсайклинге: из мужских рубашек, пиджаков, жилетов, джинсовых курток и вельветовой одежды из секонд-хендов рождаются переделанные пиджаки, асимметричные унисекс-рубашки и сумки из старых галстуков.

Речь идёт не о косметической переделке — Кржижова радикально меняет силуэты: стягивает и драпирует рубашки полосами ткани, дополняет пиджаки и жилеты контрастными вставками, а из галстуков собирает сумки. Каждая вещь существует в единственном экземпляре, а материал для работы она находит в отобранных секонд-хендах.

Сегодня шитьё занимает около 80% её рабочего времени, и именно AMK Definition обеспечивает Кржижовой основной доход. Последний год она работает уже не дома, а в собственной студии — по её словам, без этого пространства она бы «сошла с ума» от количества материалов и творческого беспорядка вокруг.