Бывший словацкий премьер Владимир Мечиар заявил, что в 1990 году президент Вацлав Гавел предлагал ему возглавить федеральное правительство при условии, что тот добьётся отстранения Вацлава Клауса с поста министра финансов. Об этом Мечиар рассказал в совместном интервью с Клаусом словацкому агентству SITA.
«В 1990 году меня пригласил на встречу президент Гавел, где предложил мне должность председателя федерального правительства, если я уберу министра финансов Клауса. Мы тогда почти не были знакомы, но я знал, что это человек, определяющий политический курс Чехии и Словакии. Если это было условием, я поблагодарил и отказался», — рассказал Мечиар, добавив, что тогда сработала интуиция.
Вацлав Гавел занимал пост президента с декабря 1989 года. Федеральные правительства после падения коммунистического режима возглавляли Мариан Чалфа (до середины 1992 года) и Ян Стражский. Сам Клаус в те годы работал министром финансов при Чалфе и в интервью признал, что ничего не знал о том предполагаемом предложении Гавела, о котором говорил Мечиар.
«Гавел всеми способами стремился к тому, чтобы меня просто не было в этом правительстве и чтобы у меня не было той роли, которую я в итоге получил. Это я, конечно, очень хорошо знаю», — отреагировал Клаус, отношения которого с Гавелом были непростыми — политики неоднократно критиковали друг друга публично.
«Благодаря тому, что на выборах 1990 года я получил больше преференциальных голосов, чем все остальные политики вместе взятые, Гавелу стало немного сложнее полностью оттеснить меня в сторону», — добавил бывший чешский президент.
В интервью Мечиар также вспомнил о переговорах по разделу Чехословакии в 1992 году, которые он вёл с Клаусом, будучи на тот момент премьерами национальных правительств — в период, когда федерация фактически уже развалилась, не функционировала, а политические партии отказались от урегулирования взаимных отношений.
Клаус отметил, что переговоры с Мечиаром носили рациональный, прагматичный характер и вели к конкретному результату. Мечиар признался, что не опасался беспорядков в процессе разделения федерации, подобных тем, что происходили, например, в бывшей Югославии, поскольку оба политика контролировали силовые структуры. Клаус, в свою очередь, допустил, что боялся именно нерешительности — того, что переговоры могли затянуться до бесконечности и быть заблокированы с разных сторон.