Швеция вербует детей в банды: 11-летним предлагают деньги за убийство, власти хотят снизить возраст ответственности

В Швеции преступные группировки всё чаще используют детей младше 15 лет для совершения тяжких преступлений, включая убийства, — об этом свидетельствуют данные шведской полиции и Национального совета по предупреждению преступности (Brå). Одиннадцатилетнему мальчику через соцсети предложили 150 тысяч шведских крон (около 330 тысяч чешских крон) за исполнение заказного убийства, а также помогли достать оружие и организовали доставку к месту преступления.

По данным полиции, в её распоряжении уже десятки подобных случаев: подростки в переписках обсуждают убийства, позируют с оружием и присылают друг другу фото в масках. Согласно статистике Национального совета по предупреждению преступности, за последнее десятилетие число зарегистрированных преступлений, совершённых подозреваемыми младше 15 лет, удвоилось.

По оценке шведской полиции, в стране действует около 17,5 тысячи активных членов банд, а ещё порядка 50 тысяч человек так или иначе с ними связаны. Глава Национального оперативного управления полиции Юхан Ольссон сравнил вербовку с работой «теневого рынка труда»: задания публикуются на форумах, а исполнители становятся всё моложе. Лидеры группировок нередко действуют из-за границы, раздавая поручения через зашифрованные мессенджеры вроде Telegram, Signal или Snapchat посредникам, которые вербуют детей до 15 лет — по действующему шведскому законодательству они не несут уголовной ответственности, что делает их удобными и легко заменяемыми исполнителями.

Коалиционное правительство, избранное в сентябре 2022 года, связывает рост бандитского насилия с прежней миграционной политикой Швеции — до 2016 года в стране действовало одно из самых либеральных в Европе законодательств о предоставлении убежища. Согласно исследованию Brå, дети до 15 лет, попадающие в поле зрения полиции по делам о тяжких преступлениях, вдвое чаще, чем их сверстники, растут в неполных семьях, живут в съёмном жилье или в неблагополучных районах, чаще происходят из семей, получающих соцпомощь, и имеют родителей-иностранцев.

Правительство подготовило один из самых спорных законопроектов последних лет — снижение возраста уголовной ответственности с 15 до 13 лет, а также перевод несовершеннолетних, совершивших тяжкие преступления, под юрисдикцию тюремной службы вместо нынешней системы соцопеки. Министр юстиции Гуннар Стрёммер назвал ситуацию «чрезвычайным положением» и заявил, что борьба с вовлечением детей в бандитские сети — главный приоритет кабинета.

Инициатива вызвала резкую критику экспертов и части оппозиции. Сама полиция предупредила, что банды быстро приспособятся к новым правилам и начнут вербовать ещё более юных детей, из-за чего проблема просто сместится, а не решится. В итоге власти отступили от самого жёсткого варианта и предложили компромисс — снижение планки до 14 лет, однако дискуссия продолжается.

«Не думаю, что перевод этих детей из закрытых соцучреждений в тюрьмы даст реальный эффект. Никто пока не объяснил мне, как это повысит безопасность общества», — заявил в комментарии криминолог Хенрик Тхам из Стокгольмского университета. По его словам, нынешнее правительство — «самое репрессивное в истории Швеции» с точки зрения уголовной политики, а предложенные меры носят преимущественно символический характер.

Схожую оценку даёт социолог Ханна Эдгрен из Лундского университета, проведшая десятки интервью с несовершеннолетними правонарушителями. По её словам, наиболее частой причиной вовлечения в преступность оказывались неудачи в школе: не найдя признания в обычной жизни, подростки видели в криминале путь к деньгам, статусу и чувству принадлежности к сообществу — чем тяжелее было совершённое преступление, тем выше становился их авторитет в группировке. Жёсткие репрессивные меры, по её мнению, рискуют «запереть» молодых людей в криминальной идентичности и лишить их шанса на новую жизнь.

Тхам добавляет, что само по себе снижение возраста ответственности вряд ли изменит ситуацию: число стрельб и убийств в Швеции уже снижается, но, по его мнению, дело в других факторах — насилие банд, как показывает зарубежный опыт, идёт волнами, а многие участники группировок со временем понимают, что цена участия слишком высока, и уходят.

Тем временем государство готовится к приёму несовершеннолетних заключённых. В тюрьме строгого режима Кумла — крупнейшей в стране — создаётся специальное отделение для подростков: оборудуются учебные классы, закупается новая мебель. Начальник учреждения Жак Мвепу признался, что в принципе против тюремного заключения для детей, но раз этого не избежать, старается обеспечить им максимально комфортные условия. В тюрьме Розенберг завершают разработку правил обращения с несовершеннолетними: осуждённым разрешат смотреть телевизор, играть в видеоигры и заниматься в спортзале, а камеры будут закрываться в восемь вечера. Директор учреждения Габриэль Вессман отметил, что самым сложным станет совмещение наказания с необходимой заботой — некоторые дети, по его словам, возможно, ещё даже не прошли этап полового созревания, из-за чего персоналу пришлось решать даже вопрос о разрешении плюшевых игрушек.

Критики считают, что подобными мерами Швеция борется с последствиями, а не с причинами проблемы. «Если бы я предлагал одну конкретную меру, я бы сосредоточился на шведской наркополитике. Именно через наркорынок детей чаще всего вербуют в банды — начиная с мелких поручений вроде переноски свёртка и постепенно втягивая во всё более тяжкую преступность», — заключает Тхам.