Внезапный перелом: Почему так резко вырос интерес к смене пола среди подростков?

В последние годы Чехия, как и другие страны Запада, наблюдает беспрецедентный рост числа подростков — преимущественно биологических девочек — заявляющих о своём желании сменить пол. О причинах этого феномена, сложностях диагностики и новых вызовах для врачей и родителей рассказывает ведущий чешский психиатр и сексолог Хана Фифкова в беседе с философом и журналистом Терезой Матеечковой.

«Сначала она носила топики и красилась. А потом из комнаты вышло существо, называющее себя мальчиком»

Хана Фифкова — автор ряда исследований и книг о трансгендерности. В своём новом интервью и книге „Budeme, kým jsme?“ она подробно разбирает, почему транс-тематика вызывает всё больше дебатов и волнений, особенно в контексте подростков.

«Примерно с 2018 года начался перелом. Количество девочек, заявляющих о трансгендерной идентичности, резко возросло. Это совершенно новый феномен», — говорит доктор Фифкова.

Кто обращается за помощью?

Пациенты попадают к Фифковой по-разному — некоторых направляют психологи или психиатры, но многие приходят сами, чаще всего после того, как заявляют родителям: «Я чувствую себя мальчиком». Родители, столкнувшись с упорством и решимостью дочери, записывают её на приём.

Преимущественно девочки — это необычно?

На Западе транссексуальность традиционно чаще ассоциируется с биологическими мужчинами. Однако, по словам Фифковой, в Чехии всегда преобладали трансмужчины — то есть биологические женщины. Причина — у них гендерная дисфория часто проявляется острее, и они раньше обращаются за помощью, тогда как трансженщины (биологические мужчины) часто тянут с этим решение годами или всю жизнь.

Почему специалисты теряются?

Сейчас, в отличие от прошлого, наблюдаются две явные тенденции:

1. Резкий рост числа девочек, не чувствующих себя комфортно в своём теле.

2. Снижение возраста, когда они начинают говорить об этом.

Это вызывает у специалистов сомнения: речь действительно о трансгендерности или о чем-то ином?

«Мы столкнулись с новым феноменом — rapid-onset gender dysphoria (гендерная дисфория с быстрым началом). Его критикуют активисты, но у нас нет другого названия для этого явления. Раньше таких случаев почти не было — сегодня это стало нормой», — подчёркивает Фифкова.

Кем были эти девочки до «перелома»?

Родители описывают, что их дочери были обычными девочками — наряжались, пользовались косметикой, вели активную социальную жизнь. А потом — изоляция, замкнутость, отдаление от семьи и заявление: «Я мальчик».

Фифкова добавляет:

«Это контрастирует с так называемыми „типичными“ случаями трансгендерности, где ребёнок с раннего возраста чувствовал дискомфорт, отказывался от девчачьих вещей, тянулся к мальчишеской среде».

Диагностировать — всё труднее

Доктор подчеркивает, что раньше могла с определённой долей уверенности сказать родителям: «Да, ваша дочь трансгендерна, у неё типичное развитие». Сейчас же уверенности нет. Слишком многое изменилось.

«Девочки приходят очень молодыми, их психосексуальное развитие ещё не завершено. Часто они даже не могут чётко описать свои сексуальные фантазии, а ведь это один из важных ориентиров при диагностике», — объясняет она.

Что ещё вызывает тревогу?

У многих этих девочек есть сопутствующие психические проблемы:
– депрессия
– тревожные расстройства
– селфхарм (самоповреждение)
– суицидальные попытки
– возможные признаки пограничного расстройства личности

Часто диагноз ещё не установлен, так как девочки слишком молоды. Нередко они проходят психиатрическое лечение, включая госпитализацию.

Так что же первично — психика или идентичность?

Это главный вопрос. Возникают ли проблемы с самоидентификацией из-за психических расстройств? Или же психические трудности являются следствием гендерной дисфории? Ответ может дать только длительная терапия.

Что говорят родители?

Большинство подходят к ситуации взвешенно. Они говорят:

«Нам всё равно, кем будет наш ребёнок — мальчиком или девочкой. Главное — чтобы он был счастлив».

Но при этом родители боятся ошибиться. Ошибка в этом вопросе может дорого обойтись.